7 октября, 2022

Frant.me

Информационный портал Кузбасса

Русские снова заперты, но на этот раз снаружи. А потом?

После дебатов о цензуре русской культуры теперь раздаются голоса, призывающие к отказу в выдаче виз в Европу сообщникам из России. поэт Лев Рубинштейн, частый гость Poetry International, хорошо помнит, что значила для россиян изоляция советских лет. Русский либо «возбудимый», либо «невозбудимый». Это ничего не решает, это всегда бьет не по тем людям, пишет он для «Республики».

По Лев Рубинштейн

Все говорят о том, что в эти дни вы слишком напряжены и слишком неуравновешенны. попытки Различные более-менее официальные роли из цивилизованного мира. Эти усилия можно сжато подытожить фразой — вполне понятной, если уж на то пошло: «Российским гражданам нет дела в западных зарубежных странах». Пусть эти граждане сидят дома, потому что в глазах западного мира каждый из них так или иначе связан с государством, гражданами которого они являются.

Это очень слабое место, и я надеюсь, что оно будет исправлено в ближайшее время. Но повторяю, как бы ни была логически несостоятельна эта позиция, она по крайней мере понятна, если не психологически оправдана.

Не так давно в дискуссии доминировала другая тема, менее активная и склоняющаяся к философии, практике и поэзии абсурда: тема символической необходимости искоренения русской культуры. Все его проявления и примеры несут в себе потенциал изначального, вечного и несокрушимого империализма.

Эти две темы слились в моем сознании, когда я вспомнил, что он имплицитно воплощал одну и ту же русскую культуру, т.е. Самый главный национальный гений нашей Родины, [de dichter Poesjkin- noot vertaler] Не разрешено покидать свою страну.

Exitable или неэкзитабельный

Термин существовал и в советское время: невыездной (Невыездной — прилагательное означает, что человек не имеет права выезжать из страны — прим. переводчика.) В результате появилось и это слово. выездной (выдвижной). Да, население страны разделено на те две категории, мягко говоря, совершенно неравные.

READ  Тем временем в России | Гамильтон поцеловал стенку во время третьего квартала в Сочи

«Отходящие», конечно же, послы и их семьи. Также сотрудники различных зарубежных торговых компаний. И несколько артистов из некоторых театров. Плюс некоторые музыканты из некоторых групп. Как и некоторые другие персонажи.

Помню интервью с кинорежиссером Сергеем Михалковым в конце 1970-х. [dichter van maar liefst drie verschillende politiek-correcte versies van het volkslied van Sovjet-Unie respectievelijk Rusland — noot vertaler]. Говоря о своей семье, он сказал: «Мои мальчики с раннего возраста были поражены своей любознательностью. Они путешествовали то во Францию, то в Англию или Италию. Другими словами, они познали мир.

Остальное население — и большинство — были вынуждены узнавать о мире в основном из книг, «платных» западных фильмов или туристических шоу по телевидению. Помню, как долго у меня в голове вертелась фраза одного из тех программистов: «Сидней встретил нас душем».

Заграница — явление полумифическое для моего поколения и моего окружения. Мы знали, что где-то должен быть какой-то «Запад». Для нас это своего рода миф, утопия. То, что оно вообще существовало, привело нас к метафизическому сомнению.

О его существовании напоминали нам редкие визиты иностранных друзей в Москву и случайные доказательства его подлинности в виде книг, пластинок и пачек «Мальборо».

Иммиграция – единственный способ

Для меня и тех в моем окружении, которые строго «не путешествуют», с начала 1970-х было только одно решение этой проблемы: иммиграция. [vanaf de jaren 70 was het Russische Joden in principe toegestaan naar Israel te emigreren maar emigratie aanvragen werd half als landverraad beschouwd en kon op tal van onduidelijke gronden worden afgewezen, waarna de aanvrager een smet voor het leven had en zijn carrière kon vergeten — noot vertaler].

READ  Генеральный директор Telegram предупреждает о потенциальных опасностях после возможного запрета криптовалюты в России

Ключевыми понятиями в этом стали «он подал заявление на иммиграцию», «был вызван на ковер», «ему отказали» и «получил статус». Глагол «идти», используемый без каких-либо дополнений, в повседневной речи сокращается до значения единственного числа, как и слово «сидеть». [bedoeld werd ‘niet mogen emigreren’ — noot vertaler]. Прощальные вечеринки по усопшим, число которых возросло в 1980-е годы, были вечеринками загробной жизни, собраниями траура по живым. Мы были уверены, что больше никогда не увидимся.

Но когда люди, с которыми мы прощались, вдруг заживо засмеялись в Москве, И ты всегда хотел прикоснуться к ним — было невозможно. Это было как в кино. Но когда мы привыкли к этому чуду, случилось нечто еще более невероятное: мы тоже смогли передвигаться сами.

Я впервые покинул родину в 42 года, ниоткуда, прямо в Лондоне! Я думаю, что мои чувства были подобны чувствам глубоководной рыбы, выходящей на берег.

А потом, как это называется, одно повлекло за собой другое.

Самое главное открытие состоит в том, что при ближайшем знакомстве чужая страна оказывается не тем раем, который мы создали в своем воображении. Люди не летали по воздуху, а ходили по земле, как мы. Я помню шок, когда увидел плачущую девушку посреди оживленной улицы Стокгольма. «Люди здесь страдают!» — мелькнуло во мне.

Чужие страны стали не раем, а очередным кругом ада.

Корбимания

Мне очень повезло — моя одиссея началась в конце 1980-х, в годы вездесущей «корбимании», когда русского человека с помпой встречали на Западе, как героя, как страдающего человека, как сверхсимпатичное экзотическое существо. Сразу следует подарить куртку, старый чемодан и багет с салом.

READ  ИКЕА успешно закрывает свои двери в России | В настоящее время

Во времена корбимании русский превозносился на Западе как герой и страдающий человек.

Но очень скоро сверхлюбвеобильное существо хорошенько осмотрелось, все понюхало, пришло в себя, расправило упрямые плечи и превратилось в глазах западных людей в адское чудовище, с портфелем, набитым долларами, и булавкой. В другой руке бомба.

Глядя на упомянутое в начале статьи варварство, можно представить, что представляет собой среднестатистический русский в наши дни в глазах среднестатистического гражданина Запада, особенно «Ближнего Запада».

Знаменитое «окно в Европу» Петра Великого то открывалось, то закрывалось в зависимости от исторического или политического контекста.

Открыто или закрыто с этой страницы до недавнего времени. Но теперь он грозит закрыться и с другой стороны, так что «бары, которые не выходят» становятся «барами, которые входят».

Но вскоре он превратился в адского монстра с портфелем, полным долларов в одной руке и гранатой в другой.

Мы живем в месте и времени, где все возможно. Как один из персонажей [de satiricus] Михаил Сощенко сказал: «Я много лет слежу за нашей страной и знаю, чего боюсь».

Что это значит? Собираемся ли мы возродить наш национальный гений? [Poesjkin] Никогда не был за границей? Радуемся ли мы этому факту его биографии, как мы выражали свою радость в прежние времена глухих и слепых? Будем ли мы снова напоминать себе, что ограничение убивает воображение или, в случае нашего гения, вдохновляет его?

Что бы ни. А как тогда?

Этот комментарий появился на российском сайте Республика.